Что-то с памятью моей стало

Многие люди представляют себе человеческую память как эдакий архив с аккуратно расставленными папками с грифом «хранить вечно», единственная проблема в котором — это найти нужную папку, но и она, если потребуется, решается специальными методиками, гипнозом и тому подобными вещами. Это, мягко говоря, не совсем так.

Первые эксперименты по имплантации ложной памяти провела в 90-х годах прошлого века Элизабет Лофтус. Она раздала 24 участникам эксперимента краткие (один абзац) описания четырёх историй, произошедших с ними в возрасте от 4 до 6 лет — причём три истории были правдивыми (их рассказали родственники участников), а четвёртая, посвящённая тому, как участник в детстве потерялся в супермаркете, была полностью вымышленной. Участникам сказали, что они участвуют в эксперименте по изучению возможности детального восстановления детских воспоминаний, и попросили сначала написать, а спустя неделю рассказать на интервью подробности выданных им четырёх историй, как они их помнят.

Из 24 участников шестеро не только «вспомнили», как они заблудились в супермаркете, но и рассказывали этот эпизод в красочных деталях, хотя и отмечали, что воспоминания о нём немного более смутные, чем об остальных трёх эпизодах. Тем не менее, сторонний наблюдатель не мог по их речи определить, какое из четырёх событий является ложным. Последующие эксперименты показали, что в зависимости от исходных условий, в том или ином виде имплантация ложной памяти в подобном проведённом Лофтус эксперименте достигается у 20—40 % участников.

Наибольшего же успеха добилась Кимберли Уэйд в 2002 году. В эксперименте она использовала не описание истории, а сфабрикованную фотографию полёта на воздушном шаре, который якобы ранее совершал участник эксперимента. В результате около 50 % участников сформировали полные или частичные воспоминания об этом полёте — которого никогда не было.

Большую известность получил случай с Полом Ингремом, обвинённом собственными детьми в том, что он регулярно насиловал их, когда им было от 4 до 12 лет. Обвинение было предъявлено спустя годы после предполагаемых событий, поэтому никаких вещественных доказательств не было. Ингрем всё отрицал, однако после пяти месяцев допросов под нажимом полиции внезапно сознался буквально во всех грехах, включая не только изнасилование собственных детей, но и участие в сатанинских ритуалах, включая убийство 25 детей. Однако психолог Ричард Офше, заинтересовавшийся этим случаем, решился на оригинальный эксперимент: он подготовил заведомо вымышленную историю о том, будто дети Ингрема также утверждают, что он заставлял их заниматься сексом друг с другом. Поналачу Ингрем отрицал эти события, однако через несколько часов стал постепенно «вспоминать» описанные Офше события, и в результате написал трёхстраничное письменное признание. Когда позже Ингрему сообщили, что эти события были полностью вымышлены, он отказался в это поверить. Этот случай хорошо показывает, что могут быть имплантированы практически любые ложные воспоминания, включая резко негативные. И, само собой, речь здесь идёт не только о ложных воспоминаниях самого Ингрема, но, вероятно, и о ложных воспоминаниях его детей (на это указывает и то, что они вспомнили про якобы совершавшееся их отцом насилие уже во взрослом возрасте, и то, что в ходе судебного процесса они вспоминали всё новые и новые подробности).

Другой интересный эксперимент, уже на тему точности воспоминаний о реальных событиях, поставил Ульрих Нейссер. В 1986 году, на следующий день после катастрофы «Челленджера», он опросил ряд людей, где они находились и что делали в момент, когда услышали о катастрофе — считается, что в память чётко впечатываются обстоятельства, при которых человек испытывает сильное эмоциональное потрясение. Через некоторое время Нейссер повторил тот же опрос среди тех же людей — и практически ни у одного из них поздняя версия не совпала с ранней, более того, когда им показывали запись первой версии их ответов, люди просто не верили в неё. Забавно, что тот же случай произошёл с самим Нейссером: как он рассказывает, он абсолютно чётко помнит, что о нападении японцев на Перл-Харбор узнал во время трансляции бейсбольного матча — при том, что абсолютно точно известно, что никаких трансляций бейсбольных матчей в тот день просто не было.

Человеческая память — это не архив с папками «хранить вечно», это даже не документальная кинохроника. Память — это художественный фильм, основанный на реальных событиях, причём сценарий для него ваш мозг переписывает каждый раз, когда вы пытаетесь что-нибудь вспомнить. И вы никогда не знаете — и не можете узнать — какая часть сценария реальна, а какую сценарист сам дописал, потому что ему показалось, что так будет красивее.

Эта заметка в LiveJournal. Текст тот же, но часто там бывает много комментариев.

Комментарии

Что-то с памятью моей стало — 4 комментария

  1. Слаб верится. А как же фотографическая память Ким Пика (и людей подобных ему)? Они через года могут вспомнить, на какой странице расположен процитированный отрывок книги, например.
    В статье нужно было уточнить про необходимость разделения событий и фактов на важные и не очень. Мелкие, незначительные события стираются, смешиваются и подменяются другими со временем, с этим согласен.

  2. Уведомление: Чуть-чуть ещё про приговоры и ДНК | Технический сказочник

Добавить комментарий